Восходит ли традиционализм Дугина к гностицизму?
Продолжение цикла, посвящённого анализу и оценке идей А.Г. Дугина:
Первая статья — «Является ли Дугин русским традиционалистом?»
Вторая статья — «Дугин как “анти-консерватор”»
Третья статья — «“Четвёртая политическая теория”» Дугина как постмодернизм: означающее почти без означаемого»
Четвёртая статья — «Социология Александра Дугина. Архаичные сновидения и воображение, которое создает мир»
Пятая статья — «Социологическое фэнтези Александра Дугина, созданное воображением»
Шестая статья – «Социология Александра Дугина: подводя предварительные итоги»
Седьмая статья – «Концепция археомодерна А.Г.Дугина»
Восьмая статья – «В чем причина успеха Дугина? Гипотеза»
Девятая статья – «Феномен Дугина – следствие поражения Русской партии»
Десятая статья – «Откуда вышел Дугин: макабр и демоны Южинского кружка»
Одиннадцатая статья – «Его университеты: где Дугин получил свое настоящее высшее образование»
Двенадцатая статья – «Дугин и “отец всех шатунов”»
Тринадцатая статья – «Эпатаж и эскапады на «пути левой руки»
Четырнадцатая статья – «Извращения под колпаком святости»
Пятнадцатая статья – «Дискуссия о Дугине и «любви к начальству»
«Гностическое сознание замыкается “в стенах уверенности и привычки, которые своей неизменностью создают ощущение полной безопасности”, подменяет в душе человека веру, надежду и любовь бременем “эзотерического” “спасительного” знания, превращающего человеческий разум в калькулятор, подсчитывающий число космических сущностей — ангелов, архонтов, начал, сил и пр. Это не есть даже “ученое незнание” о трансцендентном, но элементарное упразднение трансцендентного в безблагодатном космизме и антропологизме. Гностицизм переориентирует человека в область бездонного колодца самости, в глубине которого таится спасительное начало, “пневма”, он связан с сугубым психологизмом и уходом из действительности, под предлогом ее косности, враждебности, чужеродности духовной стихии, царящей в душе посвященного. Гнозис — не знание, добытое поступающим духовно-нравственным существом человека, но набор схем, концептов и мифологем, усвоенных человеком под предлогом их абсолютной истинности и фанатически выдаваемых им за знание, добытое необычным, мистическим путем, путем посвящения, знание “элиты”, противостоящее профанному сознанию людей материальных или “душевных”. Это путь, намеренно усложняющий и замутняющий Истину, которая не была бы Истиной, если бы не открывалась в своей безыскусности простым рыбакам или крестьянам. Именно потому — гностическое сознание, выдающее себя за глубинный уровень постижения тайны мира, неясное и недосознанное выдающее за ясное и отчетливое, есть всегдашний соблазн философа, пытающегося совместить свое религиозное мировоззрение с принципами и понятиями интерпретирующего и истолковывающего знания».
А.П. Козырев. «Соловьев и гностики». М., 2007. С. 15.
Первое методологическое замечание:
почему возникла тема Южинского кружка?
О Южинском кружке как своего рода колыбели, в которой формировался фундамент и основы мировоззрения Дугина, о его настоящих «университетах», я написал уже пять статей (с 10-ой по 14-ую статью данного цикла). В связи с этим мне было высказано возражение, причем, казалось бы, небезосновательное, что бессмысленно обращаться к этой давно прошедшей истории, которая закончилась со смертью главных идеологов и носителей идей Южинского кружка — Юрия Мамлеева, Евгения Головина и Гейдара Джемаля.
Дескать, да, ранее молодой Дугин наговорил немало странного и предосудительного, но он эволюционировал, и сейчас он совсем другой. Тем более, что он не застал там Юрия Мамлеева, присоединившись к этому обществу через несколько лет после эмиграции «отца всех шатунов» в США. Поэтому, дескать, изыскания на тему Южинского кружка в связи с Дугиным выглядят скорее ангажированным копанием в тогдашнем грязном белье мыслителя в молодости, предпринятым только с целью его скомпрометировать.
Но совсем иное дело зрелый Дугин сегодняшнего дня, оставивший свои прежние «шалости» и чудачества. Кто вообще в молодости не чудил и не пачкал белье?
Однако это поверхностный и попросту неверный взгляд на влияние Южинского кружка и его «героев» на дугинское мировоззрение. В том числе и на Дугина сегодняшнего.
Южинский кружок и южинское мировоззрение являются краеугольными камнями идейного мира Дугина и поныне. Да, в последние годы он уже не столь явно ссылается как на великих авторитетов на «южинских вождей», под началом которых он сформировался. Но всё равно они остаются для Дугина очень значимыми фигурами, только теперь не столь афишируемыми из-за очевидной скандальности их мировоззрения и деятельности, что может повредить имиджу Дугина, рвущемуся в нынешний истеблишмент.
Ведь Дугин сам ни разу не отрекся хоть в чем-нибудь от этих своих учителей и ни разу их сущностно не покритиковал. Наоборот, он продолжает превозносить их в своих статьях и работах, восхищаться уникальной личностью Юрия Мамлеева. Или, относительно недавно, в 2021 году на сайте Изборского клуба выходит очередная восторженная статья Дугина об этом писателе под названием «Мамлеевский миф». Дугин вновь говорит в этой статье, что Мамлеев представляет из себя «грандиозную фигуру русской культуры, русской мысли, русской философии и русской литературы», что он послужил для нашего автора «источником колоссального метафизического вдохновения», что он «всё во мне изменил, всё вывернул наизнанку. Как в шаманской инициации, когда духи вытаскивают внутренние органы посвящаемого, скелет делят на отдельные составляющие, вываривают в котле, а потом составляют заново <…> Нечто подобное произошло со мной, когда я впервые прочитал произведения Мамлеева. Меня как будто духи сварили и восстановили заново» (образ напоминает Ленина, перепаханного Чернышевским).
В своем Телеграм-канале Дугин по-прежнему и постоянно очень уважительно ссылается на Мамлеева. Например, он републикует суждения своего чрезмерно горячего сторонника Максима Медоварова «о нашем любимом Юрии Витальевиче Мамлееве и его месте в истории русской литературы», в защиту «имени и наследия великого писателя земли русской и мудрого (и притом совершенно православного в жизни) духовидца». Что это был за духовидец, и насколько отвратительно и даже омерзительно было мамлеевское творчество (совершенно неправославное), я специально писал в статье «дугинского» цикла «Дугин и “отец всех шатунов”».
Еще больше в тг-канале Дугина теплых отзывов о Евгении Головине: 5 сугубо апологетических за 2025-ый год, столько же за 2024-ый.
Я взялся за тему Южинского кружка потому, что южинские методы и установки мышления, сам южинский стиль мышления, вошли в плоть и кровь и мировоззрения Дугина. Поэтому, когда я занимаюсь темой Южинского кружка, то цель этих занятий – не набрать вычурных и анекдотических историй для дискредитации А.Г. Дугина и выполнить чей-то гипотетический заказ. Эта тема и задача (Южинский кружок) сама собой образовалась в ходе анализа мировоззрения Дугина, потому что без этого невозможно понять генезис и основы его мировоззрения. Южинские установки и идеи по-прежнему руководят мышлением Дугина, пусть и в более завуалированной форме.
И одной из таких важнейших установок Дугина, вынесенных им из Южинского кружка является его гностицизм или неогностицизм. Дугин, как показывает предпринятый мною анализ его мировоззрения, представляет собой еще один вариант гностика в наше время. Гностицизм – очень широкое религиозно-философское направление, имеющее в себе очень много разновидностей или вариантов, и получившее широкое распространение в I–II веках по Р.Х. Христианство и Отцы Церкви вели с ним ожесточенную борьбу как с ересью, и в конце концов победили, но оно регулярно воспроизводило себя в разных идейных умонастроениях на протяжении всей европейской культуры.
В том числе сегодня, начиная с XX века, гностическое мировоззрение переживает даже некое подобие Ренессанса. О новой актуальности гностицизма уже в эпоху New Age совсем недавно, например, вышла такая книга в США (русский перевод 2025 года): Эйприл Д. ДеКоник «Новая эра гностицизма. Как контркультурная духовность производила революцию в религии с античности до наших дней»[1] (М: Касталия, 2025).
Разновидностей гностицизма довольно много, но все их объединяет, например, представление о наличном материальном мире как изначально и предельно злом творении, как порождении злого Бога-Демиурга этого мира, и цель для немногих избранных («одухотворенных, «пневматиков») как можно быстрее от него избавиться, освободиться. Именно отсюда, как мне представляется, происходят постоянные призывания Дугина ядерной катастрофы, нетерпеливое ожидание им Апокалипсиса.
Вот Дугин (я подобрал цитату практически навскидку, как первую попавшуюся, у него подобных высказываний масса), например, описывает визит путина и Лукашенко на Валаам летом 2025-г о года:
«Вот этот Смоленский скит под началом отца Давида и есть главный храм Вооруженных Сил РФ. Монашество, чистый дух, Валаамский знаменный распев. Никакого кринжа. Чистая глубинная Русь. И два великих мировых лидера в простых просторных рубашках. Со свечами. Молятся о погибших и пока ещё живых (курсив мой. – Ю.П.), о воинстве, о стране, о Победе».
Обратите внимание: пока еще живых…
Для гностиков (и Дугин им следует) свойственен духовный элитизм, деление всех людей на избранную духовную аристократию и толпу. Гностики подавляющее большинство людей считали ничего не понимающими «физиками», «гиликами», которым в принципе недоступен «гнозис», подлинное знание, которое должно освободить душу из тюремных оков злой Вселенной.
Реже встречаются «психики» («люди душевные»). Последние лучше «физиков», но не принципиально. И лишь отдельным избранникам, «пневматикам» («духовным людям»), считали гностики доступно подлинное мистическое знание, т.е. «гнозис». Только через него и возможно спасение и возвращение к апофатическому Божеству (Богу-прежде-всех-Богов, он же нерожденный Мать-Отец, как говорится в книге ДеКоник). В южинско-дугинском варианте неогностицизма к элите принадлежат адепты и сторонники геноновского интегрального традиционализма.
Ведь гностицизм как миронастроение и мировосприятие усваиваются Дугиным и представителями Южинского кружка в целом именно через их увлечение интегральным традиционализмом. Генон, Эвола и иные основоположники этого учения все были гностиками в той или иной степени, что ярко выразилось в их элитизме, тотальном неприятии современного мира как якобы порождения злого начала и обращении к архаической мифической древности, в качестве светлого начала противопоставленного миру современному, и т.д.
Так что неогностицизм начала XX века оправданно считается одним из идейных источников для возникновения генонизма. Неслучайно Генон в молодости причислял себя к так называемой Вселенской гностической церкви, писал в их журнале «Гнозис» и даже получил там сан епископа. «Именно Леон-Фабр дез Эссар рукоположил в 1909 году Генона в сан епископа Александрии под именем Палингения. Он же рукоположил двух преданных последователей Генона из ордена тамплиеров, Жоржа-Огюста Тома и Патриса Жанти. Таким образом, это была третья инициация Генона после инициаций у мартинистов и неотамплиеров»[2].
Другим членом Вселенской гностической церкви, в которую сам Генон вступил в 1909 году, был граф Альбер де Пувурвиль, которого даже в 1918 году тот признавал «одним из своих наставников». Этот человек важен не только потому, что именно он возможно приучил Генона к опиуму, как пишет М. Сэджвик. Более важно то, что «одна из первых статей Генона, “Религия и религии” (1910) не только заимствует название из предложенной де Пувурвилем оппозиции, но и прямо признает его (о нем говорится как о “нашем учителе и сотруднике”) основоположником идеи о единственно возможном “изначальном учении” и о “паразитической поросли, которую нельзя путать с самим Древом Традиции”. Генон заимствовал у де Пувурвиля не столько перенниализм, сколько призыв избегать этой “паразитической поросли”, а именно католической церкви. Здесь кроется один из корней понятия “инверсии” в философии традиционализма»[3].
С полным правом А.П. Козырев в своей монографии «Соловьев и гностики» к выразителям «гностической тенденции в современном религиозном сознании» наряду с многими другими относит и традиционализм Генона и Эволы – любимых мыслителей Дугина.
«Гностическая тенденция в современном религиозном сознании весьма далека от круга ранне-христианского гнозиса и включает в себя самые различные проявления мистицизма и оккультизма. Такие феномены современного сознания, как теософия Блаватской, рериховский синтез православия и буддизма, антропософия Штайнера, буйное и уже почти ассимилированное обществом увлечение астрологическими учениями, сайентология Хаббарта, различного рода традиционалистские синкретические концепции, напр., Р. Генона, Ю. Эволы, весьма тесно инкорпорированные в идеологии “новых правых” в Европе и традиционалистские концепции, имеющие хождение и в России, наконец, модернистское религиозное движение New Age могут быть расценены как мнообразные по форме, но практически тождественные по сути формы неогностического сознания, выдающие себя за подлинную духовную традицию, но на самом деле варварски извращающие её»[4].
Второе методологическое замечание:
почему важно знать, что Дугин гностик, или о двойной игре
Я сейчас предварительно обрисовываю гностическую подкладку мировоззрения Дугина. Потом это будет обозначено более подробно и аргументировано, по пунктам и с цитатами. Сейчас же я отвечу на еще одно напрашивающееся возражение: дескать, ну и что с того, что Дугин гностик? Почему это важно? Он в своем мировоззрении в своем праве, может думать что угодно и быть кем угодно.
Действительно, Дугин может думать и считать что угодно и быть кем угодно: хоть гностиком, хоть синтоистом, хоть буддистом. Однако он не имеет права выдавать себя за другого, то есть за ортодоксального православного, обманывая своих наивных слушателей в соцсетях, не заглядывающих в его толстые книги. В данном случае мы имеем дело со своего рода двойной игрой: на публику выдается одно, а содержательно (но не слишком тайно, даже в принципе открыто) имеется совершенно другое, поскольку личина соцсетей и поверхностной публицистики не соответствует тому, что содержательно имеется в теоретической глубине, и поэтому ведется своего рода двойная игра. Сознательно это делается или полубессознательно, или вообще бессознательно – не столь важно (ведь Дугин может и вполне искренне обманываться насчет того, что считать настоящим Православием).
Тем не менее, гностические идеи и настроения, присутствующие в творчестве и идеях Александра Дугина, не сочетаются с христианской ортодоксией, с Православием, свидетельство чему – множество апологетических книг Отцов Церкви против гностиков и решения Вселенских соборов. Гностицизм был сразу воспринят и квалифицирован Церковью как ересь. «Дугинское православие» поэтому не настоящее, под внешне благочестивой вывеской оно в почти открытом, полускрытом или скрытом виде (пропорции явного и скрытого в разных «отсеках» уже огромного по объему дугинского творчества разные и часто меняются) содержит богословские и религиозно-философские идеи, которые с православием сильно расходятся и ему противоречат. Поэтому указание на гностицизм как на одно из начал и установок мировоззрения и идей Дугина является очень важным.
Церковь всегда считала ведущие гностические идеи еретическими: учение о материи и материальном мире как зле, иллюзии и ошибке, творении злого Демиурга; убеждение в существовании тайного знания, благодаря которому можно познать природу Божества и которое доступно лишь немногим избранным; гностическое учение о двух разных Богах – верховном скрытом Боге и о меньшем злобном божестве (Ялдаваофе, отождествляемом с Яхве Ветхого Завета), который якобы и сотворил материальную Вселенную.
Докетизм – гностическое учение об иллюзорности материи, то есть «учение о чистой кажимости материи не скептическое, но абсолютно догматическое в своём отрицании существования материи»[5] – А. Ф. Лосев называл «гибелью античной мысли».
Существовавшее в гнозисе либертинистское направление (убеждение в том, что обладающий гностическим знанием свободен от подчинения как злому материальному миру, так и социальным и нравственным запретам) А. Ф. Лосев тоже считал (наравне с докетизмом) «чудовищным символом всей античной философско-эстетической гибели».
Заметим в связи с этим, что карпократы, о которых я писал в конце предыдущего текста о Дугине и Южинском кружке, т.е. последователи платоника-александрийца Карпократа, по своей идеологи и этике очень близкие к Южинскому кружку, были сектой именно гностического толка. Их моральное либертинство и сверхсвободное (скажем так) поведение считалось способом освободиться от этого ненастоящего иллюзорного мира, творения злого Бога.
Составляющие гностицизма и явных к нему симпатий прослеживаются, во-первых, в ранних книгах Дугина его революционного и национал-большевистского периода. Своего рода политическое неокарпократианство там просто цветет ядовитыми цветами. Например, Дугин в своей книге «Тамплиеры пролетариата» одну из глав называет «Гностик». В ней он обещает наконец-то открыть настоящую суть политического экстремизма, т.е. того пути, которым идет национал-большевистская партия, к которой он тогда принадлежал. Эту суть он определяет как «путь левой руки», называя его также «гнозисом». Если по Дугину «пусть правой руки», который учит позитивному отношению к миру и гармонии с ним, является путем ложным, и иллюзорным, то «путь левой руки», велеречиво говорит наш автор, – это черное страдание и терзающая, огненная драма расколотого бытия. Он разрушителен и страшен, в нем царствует гнев и буйство. На этом пути вся реальность воспринимается как ад, как онтологическая ссылка, как пытка, как погруженность в сердце какой-то немыслимой катастрофы, берущей свое начало из самых высот космоса. Этот путь чудовищно сложен, но только он истинен, заверяет тогдашний вождь постсоветского национал-большевизма в его лимоновском изводе. Но идущий по «пути левой руки» по Дугину знает, что когда-то заключение кончится. «Темница материи рухнет, преобразившись в небесный град. Цепь посвященных страстно готовит желанный миг, мгновение Конца, триумф тотального освобождения»[6].
Все выше процитированное – это типичное гностическое видение и типичные гностические координаты. Дугин в этих координатах рассуждает далее о русских революционных террористах как о «святых убийцах», шедших «путём левой руки» или путём гнозиса: «“Путь левой руки” называется “гнозисом”, “знанием”. Он так же горек, как знание, так же порождает скорбь и холодный трагизм. Когда-то в древности, когда человечество еще придавало духовным вещам решающее значение, гностики создавали свои теории на уровне философии, доктрины, космологических мистерий, на уровне культа. Постепенно люди дегенерировали, перестали обращать внимание на сферу мысли, погрузились в физиологию, в поиск индивидуального комфорта, в быт. Но гностики не исчезли. Они перенесли спор на уровень вещей, понятных современным обывателям. Одни из них провозгласили лозунги “социальной справедливости”, разработали теории классовой борьбы, коммунизма. “Таинство Софии” стало “классовой сознательностью”, “борьба против злого Демиурга, творца проклятого мира” обрела характер социальных баталий. Нити древнего знания тянутся к Марксу, к Нечаеву, к Ленину, к Сталину, к Мао, к Че Геваре… Вино социалистической революции, радость бунта против сил рока, священная берсеркеровская страсть к тотальному разрушению того, что черно, ради обретения нового, нездешнего Света…»[7].
Между прочим, в этой книге Дугин говорит, что наша или около нашей революционная традиция, представленная именами Ленина и Че Гевары, – только один вид «пути левой руки в политике». Зато другие гностики на «пути Левой руки», по его мнению, «противопоставили обыденности тайные энергии расы, шум крови». Дескать, они воздвигли законы чистоты и новой сакральности против смешения и вырождения, и перечисляет их: Ницше, Хайдеггер, Эвола, Юнгер, Мюллер ван ден Брук, Муссолини. Вот те, кто в XX веке «облекли гностическую волю в национальные, расовые учения»[8].
Но и у позднего Дугина, автора «зрелых», уже не революционных трудов, претендующего на выражение подлинной сути русского (впервые в истории отечественной мысли, ведь русской философии, как мы помним, по Дугину еще не было!) и русской интеллектуальной традиции, гностицизм никуда не ушел. Например, симпатиями к гностицизму пронизаны его книги «В поисках темного логоса» (2013) и «Интернальные онтологии. Сакральная физика и опрокинутый мир» (2022). Или еще характерный факт. Жена Дугина и многолетний научный редактор его книг Н. В. Мелентьева является автором вступительной статьи «В поисках вечного гнозиса» к объемной и очень известной гностической книге начала 20 века «В поисках за Божеством» Юлии Данзас (1879–1942) (псевдоним – Юрий Николаев). Это первая русская апологетическая монография о гностицизме. Между прочим, эта книга переиздана совсем недавно, в 2025 году. И в своем предисловии Мелентьева, вслед Юлии Данзас, видит в гностицизме «не ересь, а попытку прорыва к подлинному Божеству за пределами догматических оков»[9]. Гностическое миросозерцание она называет «религиозной универсалией», «определенной константой религиозно-мистического мировоззрения, вновь и вновь выплывающей на поверхность религиозной жизни разных народов и эпох»[10].
Вообще предисловие написано в стиле, весьма напоминающем дугинский: «Книга “В поисках за Божеством” твердо и неуклонно подводит нас к тайне добра и зла, совершая это деликатно и утонченно, сквозь жар русской мистической интуиции, где Свет и Тьма сплетаются в неразрывном единстве и открываются врата в иное измерение мысли, где гнозис становится мудростью и судьбой»[11].
У нынешнего Дугина ушла прежняя внешняя революционность, но тотальное метафизическое гностическое неприятие мира в целом как такового осталось. Оно просто транспонировалось или перенеслось сверх меры на современный Запад, сфокусировалось на нем. Я, автор этой статьи, сам далеко не поклонник современного Запада, и считаю его безусловно врагом России. Но дугинская тотальная идеологическая ненависть к нему и трудно скрываемое желание, чтобы он как можно скорее сгорел в огне ядерного Армагеддона, мне представляется гностической патологией. «Гнозис, по самому своему названию претендующий на знание о мире, меньше всего оставляет надежд на то, чтобы познать нечто ясно и отчетливо, с трезвым разумом и чистой душою. Воскрешающий на рубеже двух эпох дионисийские глубины древних мифов, он и поныне остается мощным и опасным генератором все новых мифов, порабощающих сознание своих адептов»[12].
Продолжение следует
[1] ДеКоник Э.Д. Новая эра гностицизма. Как контркультурная духовность производила революцию в религии с античности до наших дней. М: Касталия, 2025. 340 С.
[2] Сэджвик М. Наперекор современному миру: традиционализм и тайная интеллектуальная история XX века. М.: НЛО, 2014. С. 93.
[3] Там же С. 96.
[4] Козырев А.П. Соловьев и гностики. Москва: Савин, 2007. 544 с.
[5] Лосев А.Ф. История античной философии в конспективном изложении. М.: Мысль, 1989. 204 с.
[6] Дугин А.Г. Тамплиеры пролетариата. М., 1997. С. 145.
[7] Там же. С. 145–146.
[8] Там же. С. 146.
[9] Мелентьева Н.В. В поисках вечного гнозиса // Николаев Ю. В поисках за Божеством. Москва: Академический проект, 2025. С. 11.
[10] Там же. С. 12.
[11] Там же. С. 17.
[12] Козырев А.П. Соловьев и гностики. Москва: Савин, 2007. С. 14.
1 «За свой дом» (лат.) – в смысле защиты своих интересов.
3 Человеку свойственно ошибаться (лат.).
Редакционный комментарий
Философ Юрий Пущаев не оставляет своих разысканий в области истоков популярной сегодня философии Александра Дугина. Он считает, что традиционализм, который исповедует философ, восходит к гностицизму. Безусловно, Дугин сам открыто обращался к идеям гностиков, в которых видел так наз. «манифестационистскую» альтернативу иудео-христианскому «креационизму». Поэтому в описании Дугина как гностика не содержится ничего для него обидного, это есть естественный вывод из его собственных признаний и умозаключений. Однако главный когнитивный диссонанс возникает в силу смыслового зазора между «манифестационизмом» – по сути дела, пантеизмом (Бог есть мир, или же мир есть манифестация Бога) – и гностицизмом (наш мир создан не Богом, или же мир отчужден от Бога). Тут, очевидно, есть некое смысловое напряжение, которое было бы интересно разрешить. Впрочем, подождем окончания цикла нашего постоянного автора.
Обсуждение
Об авторе: Юрий Пущаев
Пишите нам свое мнение о прочитанном материале. Во избежание конфликтов offtopic все сообщения от читателей проходят обязательную премодерацию. Наиболее интересные и продвигающие комментарии будут опубликованы здесь. Приветствуется аргументированная критика. Сообщения: «Дурак!» – «Сам дурак!» к публикации не допускаются.
Без модерации вы можете комментировать в нашем Телеграм-канале, а также в сообществе Русская Истина в ВК. Добро пожаловать!
Также Вы можете присылать нам свое развернутое мнение в виде статьи или поста в блоге.
Чувствуете в себе силы, мысль бьет ключом? Становитесь нашим автором!
