Скандалы с Институтом философии
Весной этого года Институт Философии Российской Академии наук (ИФ РАН) снова попал в фокус внимания отечественных и зарубежных СМИ. 20 мая «силовики» пришли в этот академический институт, произвели обыск, вызвали на допрос ряд руководителей института (включая 87-летнего академика Абдусалама Гусейнова). В итоге, старшего научного сотрудника института, кандидата наук Светлану Месяц задержали по обвинению в мошенничестве в ходе выполнения научного проекта «Наследие Аристотеля». Ученая была отправлена под домашний арест, где находится до сих пор.
Я не стану обсуждать суть предъявленного обвинения, поскольку не являюсь специалистом в области экономики и юриспруденции. Мое субъективное суждение состоит в том, что Светлана Месяц совсем не похожа на профессиональных «грантоедов»-мошенников. Сии граждане, как правило, глубокими познаниями в области науки и философии не обременены. Это администраторы от науки, «с горем пополам» защитившие какую-нибудь диссертацию и занявшиеся построением карьеры. Чтобы обеспечить себе любимым доступ к должностям, где бьют вожделенные родники обильного госфинансирования. Светлана Викторовна Месяц, напротив – всемирно известный специалист по философии неоплатонизма, ученица Юрия Анатольевича Шичалина (который, в свою очередь, был секретарем и учеником последнего классического русского философа Алексея Федоровича Лосева). Она – крупнейший в России знаток древнегреческого языка, педагог лучших вузов страны.
Мой жизненный опыт подсказывает, что человек, чей ум занят аористами и размышлениями об эйдосах Космического Ума, не очень-то ловок и сведущ в области грантовских документов. После яркого света Солнца – Блага тени на стене платоновской пещеры сливаются и различать их трудновато…
Возможно, именно эта бюрократическая наивность и неумелость, свойственная большинству настоящих ученых, и стали истинной причиной ее ареста.
Сама Месяц отрицает свою виновность. Ее адвокат Мария Юндина добавляет, что в действиях Месяц состав преступления отсутствует как таковой.
«Претензии следствия связаны с технической ошибкой, которая была допущена при подготовке финансовой заявки», – разъясняет она.
А известный российский юрист, бывший полпред правительства в Конституционном и Верховном судах Михаил Барщевский убежден, что в случае объективного разбирательства в суде перспективы у стороны обвинения, мягко говоря – не блестящие.
«То, что опубликовано, – заявил он, — это о том, что какие-то черновики не были напечатаны в этом сборнике, что были взяты какие-то чужие переводы. Это все, с моей точки зрения, довольно слабое обвинение…».
Часть 1 статьи 49 нашей Конституции, как известно, гласит: «Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда». На юридическом языке это называется «презумпция невиновности». Всякий, кто публично высказывается о новом скандале с ИФ РАН (а их немало!), должен исходить из этого важнейшего, отраженного в основном законе юридического принципа.
Тем не менее обнаружилось множество субъектов, которые не хотят это делать. В определенном сегменте СМИ сразу же, как только появилась новость об аресте ученой, началась настоящая травля и ее самой, и института, в котором она работает. Люди, которые называют себя интеллигентами, христианами-консерваторами, сторонниками традиционных российских ценностей (!), наплевали на конституционные нормы, забыли и о христианском милосердии, о сочувствии слабым, страдающим…
Месяц никогда не имела дела с правоохранительной системой. Ей уже 54 года, а это, согласитесь, в плане здоровья – не самый лучший возраст. Все происходящее с ней, конечно, приносит ей большие моральные страдания, «выбивает из колеи», мешает продолжению важной научной работы (о которой якобы заботятся ее ненавистники!). Эти люди утробно радуются горю коллеги…
Им кажется, что она еще мало страдает! Они требуют посадить ее в тюрьму, отправить туда же других работников института, а всех, кто ей сочувствует, объявить предателями и навсегда выслать из страны… Вот как люди за Аристотеля переживают! Шучу, конечно.
Если серьезно – сложно представить, что мы некогда с этими людьми здоровались, относились к ним как к коллегам, достойным уважения априори, в силу причастности к научному сообществу. Нам и в голову не приходило какие сатанинские страсти, прикрываемые ими красивыми словами о патриотизме, таятся в их душонках…
Не стану приводить имена этих людей. Не потому, что боюсь повредить их репутации в обществе и в научном сообществе. Сделать это уже невозможно, репутация у них примерно такая же, какая была в свое время у Фаддея Булгарина… Просто не хочу переводить спор в область личностного конфликта. Тем более, что на самом деле их ведь не интересуют ни Аристотель, ни философия, ни Светлана Месяц, ни Абдусалам Гуссейнов, ни даже соблюдение законности в Институте Философии и в целом в российском государстве.
Все участники травли неоднократно заявляли о своем презрении к законам, к принципу справедливости, к независимой судебной системе. Нет никакого секрета в их истинных намерениях. Практически те же люди несколько лет назад уже публично атаковали Институт Философии и не прикрываясь разглагольствованиями о выполнении госзаказов, прямо сообщали, чего они желают. Захватить академический институт, занять там руководящие должности, наполнить сектора института своими друзьями, знакомыми (у многих из которых даже и философских степеней нет и уж точно нет никакого авторитета в научном мире!) — и перестроить работу института так, чтобы от философии там и духа не осталось. Потому что им не нужен Институт философии. Им нужен институт идеологии.
* * *
Понятие «идеология», как известно, ввел французский философ Дестют де Траси. Он имел в виду под таковой науку, которая изучает обращение идей в обществе. Но это понимание термина не прижилось и вскоре было вытеснено марксистским. Маркс и Энгельс в работе, которая так и называется — «Немецкая идеология», — определили этот феномен как «ложное сознание», ошибочное понимание тем или иным классом или социальной группой мира, общества и своего места в них. Марксова концепция идеологии открыла широкие возможности для критического анализа явлений культуры, однако сам термин «идеология» даже в самом марксизме вскоре прибрел другое, третье значение. И именно оно и получило широкое распространение в СССР. Именно его и употребляют наши ультраконсерваторы, мечтающие захватить ИФ. Они, как и почти все доморощенные антикоммунисты, могут сколько угодно именовать себя идеалистами и сторонниками религиозной философии, но на самом деле в основе их мировосприятия – плохо переваренный догматический марксизм.
Это понимание идеологии мы находим в современной «Большой Российской энциклопедии»:
«Идеология … — теоретически оформленная система идей, представлений …, выражающая суть социальных интересов определённых классов, слоёв, групп или общества в целом».
Предназначение идеологии – «концептуально объяснять социальную реальность». На основе идеологии формируется сознание и поведение ее сторонников. Таким образом, идеология — «инструмент социального управления», «средство мобилизации людей на долгосрочные действия по реализации политических и иных программ».
Что ж, будем исходить из этого определения, ибо наши борцы с ИФ до зуда в руках просят начальство превратить научный институт в проводника идеологии как раз в этом смысле.
Очевидно, что эта идеология может быть связана с наукой и философией, она может использовать те или иные аспекты научных и философских теорий, но тем не менее идеология принципиально отличается от них.
Во-первых, у них разные цели. Целью науки и философии является получение нового достоверного объективного, формализованного знания о мире. Целью идеологии является сплочение людей вокруг государства (как в данном случае), либо партии, движения, общественной организации для реализации их задач.
Во-вторых, наука и философия, занимаясь генерацией достоверного, истинного знания, должны постоянно проводить экспертизу. Сиречь – выяснять: соответствуют ли выдвинутые идеи, гипотезы, теории, опыту, критерию внутренней логичности, непротиворечивости и т.д. Потому для науки и философии и характерен скепсис, стремление сомневаться в тех или иных тезисах, проверять их «на прочность». Скепсис для ученых не модный ментальный аксессуар, а рабочий инструмент (увы, самозваным кандидатам в работники ИФ приходится объяснять столь азбучные истины!). Идеология же, напротив, в силу своей цели – мобилизации, сплочения масс, всячески избегает сомнений, рационального критического анализа, требует верить в провозглашенные ею идеалы, следовать им без раздумий и колебаний. Идеология поэтому в ряде случаев конфликтует с наукой, и даже тормозит развитие науки. Обычно это связывают с деятельностью авторитарных и тоталитарных идеократических режимов. Но таково свойство любой идеологии, в том числе и либеральной, если она становится единственной и господствующей, навязывается обществу как некая абсолютная истина.
Вспомните случаи с увольнениями из современных американских университетов ученых, чьи взгляды кажутся неполиткорректными активистам воук-культуры….
И, наконец, третье отличие: наука и философия обращены к узкому кругу людей, получивших специализированное образование, владеющих формализованным эзотерическим языком, непонятным окружающим. Идеология обращена к широким массам, зачастую не слишком образованным, и потому использует популярный, простой, ясный язык, полный запоминающихся метафор и клише.
Ультраконсерваторы, нападающие на ИФ, напомню, обвиняют сотрудников института в либерализме, антипатриотизме и западничестве. Конечно, на самом деле это бессмыслица. В ИФ РАН (как и в любом российском учреждении) работают люди, которые являются сторонниками самых разных политических идеологий – от коммунистической до монархической. В конце концов, статья 13 действующей Конституция признает идеологическое разнообразие: «никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной». Но, будучи сторонниками разных идеологий, сотрудники ИФ в своих исследованиях, как это принято в научном сообществе, руководствуются не своими личными идеологическими предпочтениями, а объективными научными процедурами. Как раз тот факт, что организаторы атаки на ИФ ставят свои личные идеологические пристрастия выше научной квалификации, и говорит о том, что именно их нельзя и близко подпускать к академической науке! Представьте, что институт авиастроения возглавит фанатичный идеолог (или мимикрирующий под такового карьерист), который оценивает инженеров не по тому, как хорошо они разбираются в авиационных двигателях, а по тому, какая партия им импонирует… Что случится с самолетами, которые будут построены под руководством такого чересчур идеологизированного директора? Они если и взлетят, то сразу рухнут на землю…
Ущерб от насильственной и грубой идеологизации гуманитарных наук может быть не меньше. Вот только катастрофы будут происходить не в небе, а в душах людей – с гораздо более тяжелыми последствиями… Собственно, мы это однажды уже видели. В ХХ веке было несколько периодов в истории отечественной философии и в целом наук (причем не только гуманитарных!), когда верх брали крикливые псевдоинтеллектуалы, обвинявшие «слишком умных» и «слишком независимых» ученых в том, что они «недооценивают гений» очередного вождя, занимаются «низкопоклонством перед буржуазным Западом», «льют воду на чуждую мельницу». Это из-за них советская наука серьезно отстала в области генетики, кибернетики.
А ведь Сталину хватило здравого смысла приструнить безумствующих кликуш, требовавших запретить квантовую механику и теорию относительности как «буржуазные теории» … Хватило ему и здравого смысла проигнорировать политические настроения Капицы и Курчатова – лишь бы делали важное для страны дело…
А иначе не видать бы СССР ни атомной бомбы, ни атомного реактора, ни космических полетов…
Однако ИФ уже второй раз атакуют «сталинисты», которых восхищает в «вожде народов» не политический практицизм, ставший источником его определенных и очевидных управленческих успехов, а лишь темная страсть к уничтожению политических оппонентов, столь дорого обошедшаяся нашей стране и народу…
* * *
Участники атаки на ИФ искренне не понимают: «почему чиновники так и не дают им «порулить» Институтом Философии?». Ведь они уже «стерли языки», восхваляя начальство, убеждая его в своем «абсолютном патриотизме» (готовы для этого даже через «детектор лжи» пройти!). А также заверяя, что уж они-то будут тратить бюджетные деньги на «то, что велено», «только дайте, дайте, дайте эти деньги!». А причины колебаний начальства очевидны, кажется, всем, кроме них.
Во-первых, в своем квазипатриотическом и начальстволюбивом раже они столь комичны и жалки, что вызывают раздражение и естественное недоверие. Выражусь метафорически: у любого нормального мужчины вызовет брезгливость дама, агрессивно требующая, так сказать, «взять ее на содержание», так как тогда она «будет верна как никто!».
Во-вторых, Институт Философии (как и другие академические институты и вся академия наук) играет важную роль в позиционировании России как одной из передовых держав мира. Наши политические руководители ожидаемо не желают избавляться от ученых, пользующихся уважением в международном научном сообществе, имеющих высокие рейтинги в независимых системах цитирования, известных своими трудами в странах Запада и в странах Востока (ИФ РАН ведь поддерживает тесные научные контакты не только с европейскими научными центрами, но и с академическими институтами КНР). И все это – ради пропагандистов, которых знают за рубежом исключительно благодаря их эпатажным высказываниям и которых там называют «философами» не ведущие научные издания, а таблоиды вроде «Бильд». Согласимся, что это был бы очень серьезный удар по международному имиджу нашей страны как «научной сверхдержавы». Это все равно, как если бы министерство спорта расформировало бы национальную футбольную команду, набрало вместо ведущих профессиональных спортсменов третьестепенных футболистов и любителей, которые сильны лишь в пении национального гимна, а затем ждало бы от них побед на международных соревнованиях…
И, наконец, самое главное, чего наши ультраконсерваторы не могут понять (из-за того, что они безнадежно отстали от жизни и пытаются копслеить образцы далеких времен в XXI веке). Дело в том, что нынешнему постсоветскому российскому государству (в отличие от советского!) не нужна философия для генерации пропаганды. Советский Союз был типичной сверхдержавой индустриальной эпохи. А как известно, для индустриальной державы характерны культ разума, науки, просвещения. И это естественно: индустриализм требует образованных рабочих, клерков, даже крестьян (которые в отличии от своих дедов, ходивших за деревянным плугом, теперь пользуются сельскохозяйственной техникой). Поэтому и в Советском Союзе уже к 1939 году была достигнута практически всеобщая грамотность, число вузов увеличилось раз в 10 по сравнению с империей, и в этих вузах всем, независимо от специальности, преподавали предмет «Философия», пусть в его упрощенном марксистом изводе, но прославлявшем науку и технические революции.
Философия в СССР выполняла, наряду с научно-исследовательскими и презентационными, еще и пропагандистские функции. Она обосновывала власть Коммунистической партии и ее политику по модернизации страны. Отсюда и атаки Сталина и его преемников на постах партийных вождей на советский институт философии (и вообще на институции философии в системе образования и науки), стремление поставить их под контроль, избавиться от непредсказуемых «чудаков-ученых» или заставить их, когда нужно молчать. В то же время было бы неправильным представлять всех советских философов пропагандистами и начетчиками и обвинять советское руководство в желании окончательно задушить «живую науку». Советскому государству были нужны и настоящие ученые – хотя бы, чтоб представлять отечественную науку на международном уровне. Поэтому в ИФ АН СССР терпели Эвальда Ильенкова и даже позволили ему написать для конференции в США доклад о Марксе и западном мире. Чтобы американские ученые знали, что и у нас есть творчески мыслящие марксисты. А вот выехать на конференцию Ильенкову запретили – поехали другие, «проверенные товарищи», которые в общении с американцами не «дадут слабину», скажут «все по инструкции», в соответствии с последним докладом Генерального секретаря…
Современная Россия – страна постиндустриальная. И вообще мы живем в постиндустриальном постмодернистском мире, да еще и на его полупериферии. С образованием и наукой дела у нас обстоят, увы, несколько иначе, чем в СССР. Средний уровень образованности представителей общественности уже не тот. Да и само их мировоззрение (а значит, и содержание госпропаганды) по типу уже совершенно иное. Для восприятия современной государственной идеологии уже вовсе не нужно изучать законы диалектики. Предполагается, что для этого достаточно смотреть телепрограммы Владимира Рудольфовича Соловьева или фильмы Сарика Адреасяна.
Для современного человека философия даже в ее пропагандистском изводе слишком сложна для восприятия, кроме того, его мозги уже так устроены, что он привык к «зрелищности» и «клиповости». Я не говорю, что это хорошо, но это факт.
Собственно, эта эволюция объекта идеологии (от образованного, читающего, интересующегося философией, историей, наукой советского и постсоветского обывателя до современного потребителя контента ТВ и Интернета) ярко видна на примере трансформации образа Александра Дугина. В госпропагандиста он превратился на рубеже 90-х и 00-х (выйдя из политико-эстетического андеграунда и став помощником тогдашнего спикера парламента Геннадия Селезнева). Но первоначально он сохранял все же имидж интеллектуала, транслирующего непростые, в широком смысле слова эзотерические идеи, предназначенные, скорее, для «высокообразованного класса», чем для масс.
Теперь же он – любимый персонаж «сетевой толпы», обсуждающий со скандальной шоу-вумен Ксюшей Собчак… Чебурашку. Дугин – талантливый ритор, хорошо чувствующий аудиторию, и такое его превращение вполне закономерно: он расширяет свое медиа-влияние за счет все менее просвещенных масс. Странно только, что он ввязался в свое время в «первый налет на ИФ». Неужели он не понимал, что с точки зрения чиновников он как раз на своем месте в Интернете, в качестве медийного персонажа, сначала эпатирующего разными высказываниями, а потом вбрасывающего пропагандистские мессиджи? Что же касается его научного потенциала, то в глазах госуправленцев, он востребован на ниве генерации учебных программ для студентов в рамках политшколы. ИФ же – место научных исследований, которое связано с репутационной функцией, ориентированной на международное академическое сообщество. Автор мемов о Чебурашке и хороводах для этого мало подходит…
* * *
Мы говорили о том, зачем ИФ и философия вообще нужны нашему современному государству. Но кроме государства есть же еще и общество. Они не совпадают друг с другом (как бы наши псевдоконсерваторы ни пытались подменить общественные интересы государственными, а патриотизм — стремлением во всем угождать начальству). Для чего же философия нужна современному российскому обществу и нужна ли вообще?
Вспомним, что любая классическая философия (от Платона до Гегеля и Владимира Соловьева) утверждает, что целью этой древнейшей науки является Истина. Именно с большой буквы, ибо классика рождается в борьбе с софистикой, релятивистским отрицанием Истины. Собственно, этим уже сказано все. Философ – этот тот, кто стремится к Истине, тот, для кого высшим мерилом, критерием для оценки чего бы то ни было является Истина. Конечно, мне возразят, что большинство представителей нашего философского цеха являются не философами в возвышенном смысле слова, то есть не создателями оригинальных философских концепций, а философоведами, теми, кто изучает эти концепции, критикой проверяет их на прочность либо развивает, дорабатывает. Томас Кун называл это «нормальной наукой». Так и есть, автор этих строк — тоже не Кант и не Спиноза. Но и философоведы, представители «нормальной», массовой науки, тоже вносят свой вклад в философский процесс и тоже по-своему служат Истине.
Служение Истине – прерогатива не одних только гениев, это – отличительная черта мировоззрения ученого. Ученый, который считает, что Истины не существует, похож на художника, который отрицает существование красоты. Такой ученый в лучшем смысле обречен на барахтанье в болоте релятивизма, а скорее вовсе превратится в карьериста, бизнесмена от науки…
Кстати, эта постановка вопроса – философ служит Истине – сразу же выводит за рамки философии тех, кто хочет ее подчинить актуальным, сиюминутным интересам политики, государства, не говоря уже о колебаниях «линии партии» и настроений, а также мнениях начальства.
Так в чем же в таком случае социальная функция философии как ориентации на Истину? В создании в обществе институций независимой экспертизы, конструктивной критики, генерации новый идей, их открытом обсуждении, в формировании общественного мнения (путем рациональных дискуссий, а не манипуляций сознанием!). Такова моя точка зрения.
Но для этого нужна самая малость – свобода. Не в анархическом ее понимании – как возможность творить все, что вздумается, – а в академическом. Имеется в виду невмешательство государства в сам процесс философских исследований. Я сознаю, что эти мои слова встретят непонимание у многих. К сожалению, у нас распространено отношение к философии как к малоприличной девице, про которую в народе говорят: «кто девушку ужинает, тот ее и танцует». Вот и участники атак на институт философии прямым текстом, в своих интервью и постах в телеграм-каналах заявляют: «государство сотрудникам ИФ РАН платит деньги, поэтому они и должны делать то, что выгодно государству». Причем интерес государства для них воплощен в декларациях начальников-чиновников, и если тональность этих заявлений меняется, то и интерес, видимо, следует понимать с учетом этих изменений…
Однако во всем мире господствует несколько иное понимание отношений науки и государства. Его сформулировал Вильгельм фон Гумбольдт – создатель классического исследовательского университета – главного современного социального института науки. Именно исследовательский университет как центр научных изысканий превратил Европу в XIX веке в международного лидера в области наук.
Гумбольдт же писал:
«Государство должно постоянно отдавать себе отчет в том, что не оно обеспечивает эти результаты (результаты научной деятельности – Р.В.), что оно и не способно это сделать. Напротив, всякая попытка государственного вмешательства может только помешать развитию науки» и далее: «государство должно заботиться только о богатстве, т.е. мощи и разнообразии умственных ресурсов — путем правильного выбора привлекаемых к этому делу людей, и о свободе их деятельности».
Действительно, наука (и философия в том числе) – извините уж за пафос, такой нежный цветок, что вся задача, желающего, чтоб он расцвел на радость и на пользу обществу, это посадить его в плодородной почве, ухаживать за ним, поливать и … ждать. Если его тянуть вверх, есть риск его оторвать, если его постоянно обрезать – риск остаться вовсе без цветка. Ну и, как известно всем, по приказу, даже самому строгому, сопряженному с угрозой ареста, цветы не цветут…
Недавно один из участников травли ИФ в своем интервью электронному изданию возмущенно заявил:
«В Институте философии отношение к госзаданию в высшей степени легкомысленное, если не сказать наплевательское. И отчитываются по госзаданию как попало и чем попало, смотрят на это чисто формально. … Все занимаются тем, что им интересно и нравится».
Очень ценное признание!
Главный критик ИФ РАН сам сказал то, что я собирался доказывать. Его со товарищами, оказывается, возмущает то, что философы из ИФ РАН занимаются тем, что им нравится. Но ведь в этом сама суть научного исследования — заниматься тем, что интересно и нравится! Ученый только и может создать что-то стоящее, если он занимается проблемой, которая ему интересна и нравится, которая его волнует, которая ему представляется важной. Нельзя сказать ученому: «сядь-ка и реши спущенную тебе сверху научную задачу!» и ждать, что он создаст что-либо ценное. Как и нельзя сказать поэту: «сядь-ка и напиши проникновенное лирическое стихотворение!» и ждать, что родится шедевр.
Планирование творческой деятельности, которое так восхищает наших гонителей института философии, есть абсурд. Это ясно всякому, кто сегодня, по приказу администраторов от науки, заполняет планы работ на год: «в будущем году обязуюсь написать и опубликовать 3 статьи на такую-то тему, 2 статьи – на такую-то тему» (а ведь этим заставляют заниматься сегодня всех исследователей из сферы вузовской и академической науки). Конечно, бюрократу-руководителю формат таких планов и отчетов удобен и понятен. Но в результате наука как свободная духовная деятельность, увы, исчезает. На место ей приходит имитация науки.
Очень привлекательно выглядящая с позиций цифр показателей, но лишенная эвристической ценности. Именно эту псевдонауку, поставленную «на поток», по сути, и обещают создать в ИФ его гонители… И именно наличие там живой, настоящей науки, результативность которой признана на международном уровне, их и раздражает, как раздражает вампира дневной солнечный свет… Наука ведь для них, оказывается – это занятие тем, что неинтересно и не нравится…
Интересно и нравится им другое – борьба за должности, нападки на коллег и заверения начальства в ультралояльности.
Редакционный комментарий
Когда наш сайт еще назывался Русской идеей, мы посвятили несколько материалов разбору скандала с Институтом философии и нападкам на него в целом ряде изданий. Мы решили вернуться к этой теме в ситуации, когда некоторые сотрудники Института попали под обвинение в уголовном преступлении. Помимо чисто юридической стороны дела остается вопрос о том, в какой мере философия должна служить определенной идеологии, а в какой она должна оставаться лабораторией чистой мысли. Наш постоянный автор Рустем Вахитов высказывает свою точку зрения по этой проблеме, рассматривая вопрос с позиции того, что мы бы назвали консервативным Просвещением.
Отметим только один момент: то, что Рустем Вахитов вслед за Томасом Куном называет «нормальной наукой». Вероятно, подобная наука, если речь идет о философии, должна строиться не на чем ином, как на издании и комментировании классических текстов: Платона, Канта, Аристотеля, Маркса и Энгельса и Владимира Соловьева. К сожалению, одним из негативных последствий скандала 2021 года стало фактическое прекращение работы над Собранием сочинений Вл. Соловьева в Институте, которое прежде курировал главный фигурант той истории. Печально, если эта деятельность не возобновится, равно как и прекратится работа по новому переводу работ Аристотеля. «Нормальной науке» будет нанесен очередной удар, и этот удар не компенсирует никакая новая «самозваная идеология».
Обсуждение
Об авторе: Рустем Вахитов
Пишите нам свое мнение о прочитанном материале. Во избежание конфликтов offtopic все сообщения от читателей проходят обязательную премодерацию. Наиболее интересные и продвигающие комментарии будут опубликованы здесь. Приветствуется аргументированная критика. Сообщения: «Дурак!» – «Сам дурак!» к публикации не допускаются.
Также Вы можете присылать нам свое развернутое мнение в виде статьи или поста в блоге.
Чувствуете в себе силы, мысль бьет ключом? Становитесь нашим автором!
Браво, Рустем!
Тут упоминается статья 13 действующей Конституции, по которой признается-де идеологическое разнообразие: «никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной». По моему, это слабое место в Конституции. Государство без идеологии – живой труп. Государство с неправильной идеологией тоже не жилец надолго. Намеренно обозначил крайности.
Прочность государства обеспечивается удачной балансировкой между этими крайностями, причем следует учитывать, наверное, и амплитуду таких колебаний при балансировке.
ИФ РАН, как и пр. гуманитарные институты, исполняет не только научно-исследовательскую функцию поиска “объективной истины”. Нет, все подобные ин-ты обязаны обеспечивать и функцию стабилизации, укрепления государственности. А такое невозможно без правильной идеологии.
Короче – все упирается в культуру! А тут у нас и провалы, увы…
То есть стабильность государства вступает в противоречие с истиной? Извините, это не мое мнение, я-то как раз считаю, что нормальный ответственный чиновник заинтересован именно в истине. Чтобы не получилось как у Сталина в 41 году. Но из Вашего комментария получается, что эти ценности как-то друг другу противостоят.
«Государство без идеологии – живой труп.» Вопрос, а Кто такой государство? Или это Что такое?
А разве Что может быть живым?
Культура от слова культ, какой культ, такая и культура, какая культура, такая этика, какая этика, такая и экономика, и политика, такая и война, как продолжение политики средствами насилия.
«Они, как и почти все доморощенные антикоммунисты, могут сколько угодно именовать себя идеалистами и сторонниками религиозной философии, но на самом деле в основе их мировосприятия – плохо переваренный догматический марксизм.»
Вы напрасно считаете «их» марксистами. Марксизм только фантик на конфетке. Те, о ком Вы говорите, имеют религиозное мировоззрение, которое в Православной догматике именуется ересью дуализма, или проще сказать – манихейство, вечная борьба двух взаимозависимых начал Света и Тьмы, Добра и Зла, Космоса и Хаоса. Как верно заметил культуролог Яковенко И.Г. «манихею присущ эсхатологический оптимизм: манихей устремлен к Последней битве, как абсолютного самоосуществления, Последней битве, как преддверия Рая.» Добавлю только, что это «самоосуществление» имеет суицидальные мотивы. Не случайно в России, впервые в христианской традиции, у раскольников, появились идеи религиозного самоубийства, современные продолжателем которых призывают к ядерному самосожжению. Современные пропагандисты государства-катехона, «последней крепости Православия», подобно старцам-раскольникам, не хотят погибать одни, а тянут к самосожжению как можно больше людей.
1. Александр Проханов. Передовица газеты «Завтра» «Дмитрий Донской против Бориса Ельцина.»
«…Сбережется ли для мира божественная идея правды и красоты, или станет вместилищем местечковой пошлости, невольничьим рынком, цирком извращений и мерзостей… Два воинства, две рати сойдутся на летнем поле в страшной сече, и это будет не битва политиков, не сражение идеологий и партий, а схватка двух извечных начал, заложенных в мироздание. Добра и Зла, Света и Тьмы, Бога и Сатаны. И Россия, в который уж раз, станет полем этой космической битвы.»
2. Александр Проханов. Победа Побед. «Одоление ада – это мистическая задача русского народа. Россия – душа мира, она принимает на себя всю мировую тьму и превращает её в свет, тратя на это миллионы жизней своих лучших сыновей и дочерей. Демоны во все века стремятся покорить Россию, овладеть русскими пространствами. Не газом, не нефтью, не золотом, не лесными богатствами. Демоны стремятся захватить Россию, ибо Россия граничит с Царствием Небесным. Там, где кончается Россия, начинается Царствие Небесное. Россия – предбанник Царствия Небесного. Демоны стремятся захватить Россию как плацдарм, с которого они поведут атаки на небесное царство, царство, откуда они когда-то были низвергнуты, и теперь стремятся вернуться в тот небесный чертог, откуда их изгнали».
3. Александр Дугин. Русская вертикаль. «Война на Украине — это схватка за бессмертие. На нашей стороне Христос, а на их стороне Антихрист. Материальность, секулярность, техника, экономика — всё это упразднено, второстепенно, не имеет больше значения. Это война вертикали между бессмертием и бессмертием. Тогда всё становится понятным и логичным: и их ненависть, и наша героическая воля к Победе. Победа русских — это победа небес, победа рая. И мы её добьёмся. Ведь Христос воскрес. Воскреснем и мы, и наши павшие, наши близкие, наша Родина».
4. Александр Дугин. Краткая история Хаоса. Часть V. Катехонический порядок
«Россия ведет войну именно с хаосом во всех смыслах этого многогранного явления, а значит, вся эта борьба приобретает метафизический характер. Если мы хотим победить, то нам предстоит одержать победу над хаосом. И еще это значит, что мы изначально позиционируем себя как антитезу хаосу, то есть как начало, ему противоположное.
Спасибо, Рустем! Очень точно и аргументировано.
(1) если что и сделал Дестют де Траси, то придумал лишь ОДНО слово – “идеология”, и больше НИЧЕГО! а его книжка была посвящена… детскому образованию…)))
(2) мое представление об идеологии изложено здесь:
#25 В.А. Проскурнин. Труд и идеология ‘Homo Faber’-историзма – 23.08.25
https://drive.google.com/file/d/17FhP_LdERd6Pd5awIngMo3xoesNb4xEy/view?usp=sharing
(3) мое представление об истине изложено здесь:
#26 В.А. Проскурнин. О тайнах интуиции и истины – 26.05.26.pdf
https://drive.google.com/file/d/1w2-eJUdhjYqS3rUyQBjCNVaCbZRPYI4P/view?usp=sharing
(4) мое скромное представление о философии изложено здесь:
В.А. Проскурнин. Мой коммент по поводу “наука ли философия?” к статье: А.Л. Никифоров, Философия как личный опыт.
http://platonanet.org.ua/publ/stati_po_filosofii/users/filosofija_kak_lichnyj_opyt_2/1-1-0-20