Как там поживает «Одинокая сверхдержава»?
С легкой руки Бориса Межуева на просторах рунета возникло обсуждение концепции Сэмюэля Хантингтона о полутораполярном мире. Полутораполярный мир определен как положение, в котором одна держава не может уже более контролировать весь мир без помощи других держав. И почему-то такой порядок оказался посчитанным Вадимом Цымбурским переходным от полного контроля над миром со стороны США к многополярности – порядке со множеством относительно равных по влиятельности политических центров.
I
При взгляде на такую оптику, сразу же можно вопросить переходную природу введенного в рассмотрение полутораполярного порядка. Это когда США могли одни контролировать в мире все? Даже в период коллапса СССР США признавали существование «стран-изгоев» (это началось в начале 90-х с Ирака, к которому довольно быстро были добавлены Ливия, Иран, и КНДР). Так что имеет смысл ослабить требование «контроля над всем миром». Я бы в этом месте обратил внимание на концепцию Иммануила Валлерстайна и обозначил однополярность как политический контроль над центром и полупериферией экономической части мир-системы одной державой, а полутораполярность как организацию политического контроля над экономикой мир-системы через сеть государств-союзников с одним ярко выраженным лидером.
Тогда концепция Цымбурского–Межуева в какой-то своей части обретает свою основу. Действительно, крах коммунизма привел под суверенитет западных установлений и основные куски экономики советского блока (за исключением Кубы), т.е. возникла объединенная мир-система, политика в которой во многом определялась Вашингтоном.
Но так ли однополярен был тот мир? Ведь США по своим базовым установкам тяготеют к республике, т.е. даже если жизнь выруливает их в ситуацию возможности монархии – они устраивают свое доминирование в значительной степени децентрализовано. В рассматриваемый период коллапса СССР рядом с Джорджем Бушем-старшим в управлении Западом были и М. Тэтчер, и Ф. Миттеран и Г. Коль – в общем-то признанные политические «тяжеловесы». Думаю, что лучше признать полутораполярность как сложившуюся во второй половине XX века форму политической гегемонии Запада, а однополярность – идеальным типом, до сих пор практически не реализованным. И тогда поставленная выше проблема устойчивости полутораполярности распадётся на две:
- Меняется ли политическое устроение обобщенного Запада?
- Как меняется политическая гегемония Запада в мире?
II
По вопросу о политическом устроении обобщенного Запада каких-то существенных изменений в последнее время не наблюдается. Тотальная мобилизация Запада против РФ после Украинской революции 2014 г. показывает все те же структурные рамки, в которых творится западная политика последние десятки лет. При этом, конечно, возможны изменения в приоритетах западной политики в мире. Например, несмотря на то, что тотальная мобилизация Запада была триумфом так называемых западных глобалистских элит с их «порядком, основанным на правилах», тем не менее Дональд Трамп смог занять президентское кресло США, обозначив соответствующий элитный раскол в западной элитной коалиции.
Однако уже очевидно, что изменения сложившихся рамок формирования западной политики не будет, и, после какой-то «перерасторговки» в части политических приоритетов и распределения бремени доминирования, Запад продолжит быть практически таким же, как он был десятки лет до того. Разве что изменится оформление западной идеологии – с учетом произошедшего изменения приоритетов. Ну и сложившееся последние годы «доение Европы» со стороны США может сказаться – приблизив следующую «перерасторговку».
Интересна тут и установка западных элит на расширение за счет втягивания в западную коалицию новых стран. Конечно, имперские устремления западных элит все еще актуальны – Запад не видит границ для своего порядка. Да и работа по подготовке территориальных «скачков за свои пределы» продолжает довольно активно идти: «соросята» по миру множатся, чтобы дать Западу новые Молдавии, Армении, Грузии и Украины… Ну и не упустить из себя Тайвань…
III
Однако в мировом масштабе, в последнее время, таки возникло и нечто новое. Затеянная всерьез тотальная мобилизация Запада против РФ не получила поддержки у значительного количества стран периферии. Причем такое отстранение от западной политики произошло не как прежде, до украинского кризиса 20-х годов, когда незападные страны, хоть и не спеша, но все же втягивались в западные действия по изоляции «стран-изгоев».
Впервые с коллапса коммунизма значительная часть мира отстроилась от западной политики – совсем. Пошли процессы переорганизации экономики мир-системы с возникновением альтернативной западной инфраструктуры ее функционирования. Обозначилась возможность возникновения разных инфраструктурных и технологических платформ – и в информационном обмене, и в финансах, и в организации торговли и перевозок.
* * *
Именно последнее ставит вопрос о дальнейшем развитии мира в развилке интеграция с полутораполярным Западом vs альтернативные центры политического влияния.
Хорошую метафору для желаемого мной к обозначению в части обсуждения развития мира может дать история. Довольно регулярно в разных концах Земли возникают ситуации, когда развитие технологий делает оптимальными по размеру политии куда большего размера, чем существующие на тот момент. Примеры к обозначенному – средневековые Западная Европа и Русская равнина. Эволюционный процесс среди политий в таких условиях идет к их укрупнению – образованию европейских королевств, или Московии с последующим переходом в Российскую Империю.
Для нынешнего времени очевидно, что связность мира велика, – и это лежит в базе протекающих глобализационных процессов. То, что США вышли из западного варианта глобализации, еще не значит, что он был закрыт. Или – что отсутствуют другие варианты оформления глобального порядка в мире. Да и США вполне могут вернуться – после «перерасторговки» западного варианта.
Так что, на мой взгляд, сейчас наличествует много вариантов оформления мира в будущем, среди которых просматривается и реинкарнация полутораполярного устроения мира. Но также видны и возможности для возникновения других центров политической суверенности в управлении будущего варианта мир-системы. Китай и Индия тут могут занять места по праву своей демографии. АСЕАН и МЕРКОСУР могут случиться, если смогут соответствовать. А вот остальным желающим оказаться в ряду мировых доминирующих, ввиду их демографии, надо будет очень постараться.
Причем с точки зрения макроэволюции миру безусловно лучше быть многополярным. Спурт Европы по могуществу в конце средних веков возможно связан именно с тем, что в ее политической экосистеме было много политий – причем разных политий – от городов-государств до крупных королевств.
IV
Как же в перечисленных вариантах развития мира выглядит РФ? Что ей лучше – сохранение западного доминирования, или выживание в многополярности?
На мой взгляд, произошедшее в рамках западной тотальной мобилизации исключение РФ из «цивилизованного мира» делает продолжение западного доминирования в мире – вариантом очень неблагоприятным для РФ. Тем более, что овражение через фашизацию её периферии – это уже отработанная практика, показавшая свою общую успешность. (Возможность демократических тоталитарных систем я обосновал тут). И эта практика несет стране очень большие издержки, как моральные, так и экономические. Так что РФ обречена работать на уменьшение западной ресурсной базы, как сейчас Запад работает на уменьшение ресурсной базы РФ, – чтобы на разгуливание периферийной для РФ «неруси» у Запада не оставалось бы средств.
Данный мой взгляд в общем-то поддерживается наблюдаемой риторикой Кремля о построении многополярного мира как текущей задаче РФ. Согласен, что риски этого дела велики, но риски – это не уже наличествующая ресурсообеспеченная враждебная политика на уничтожение РФ, в которой закостенел Запад. От рисков уворачиваться куда легче, чем от регулярных прямых «ударов кувалдой» с желанием «замочить».
Тут уместно вспомнить, что «вёрткость» когда-то была отмечена как мощное достоинством Системы РФ. Правда время идет, люди стареют, осталась ли еще эта самая «вёрткость» в навыках действия российских элит?
Редакционный комментарий
Наш постоянный автор Павел Крупкин продолжает обсуждение концепции полутораполярного мира, вызвавшей такой резонанс в Сети. Он не отрицает реальности подобного устройства миропорядка, но выражает сомнение в реальности «однополярного момента» после окончания Холодной войны.
Напомним, что выражение «однополярный момент» принадлежит покойному публицисту и политологу Чарльзу Краутхаммеру, который в своей одноименной статье 1990 года доказывал, что США остались единственной сверхдержавой в мире, который никто не может бросить вызов. Название статьи Сэмюэля Хантингтона, в которой выдвигалась концепция «полутораполярного мира» – «Одинокая сверхдержава», – было заведомо полемично по отношению к тезису Краутхаммера. Хантингтон предсказывал раскол трансатлантического блока, вопреки тому, что он сам проповедовал в более ранней статье «Столкновение цивилизаций?», в которой указывал на необходимость цивилизационного сплочения Запада под эгидой США. Безусловно, именно в период президентства Дональда Трампа давнее предсказание Хантингтона стало казаться пророчеством.
Обсуждение
Об авторе: Павел Крупкин
Пишите нам свое мнение о прочитанном материале. Во избежание конфликтов offtopic все сообщения от читателей проходят обязательную премодерацию. Наиболее интересные и продвигающие комментарии будут опубликованы здесь. Приветствуется аргументированная критика. Сообщения: «Дурак!» – «Сам дурак!» к публикации не допускаются.
Также Вы можете присылать нам свое развернутое мнение в виде статьи или поста в блоге.
Чувствуете в себе силы, мысль бьет ключом? Становитесь нашим автором!
